Взрослые и их тараканы

Взрослые и их тараканы

Одни боятся глубины, другие — высоты, третьи — темноты, четвертые — змеи, вылезающей из унитаза.
9.05
Теги материала: насекомые

Одни боятся глубины, другие — высоты, третьи — темноты, четвертые — змеи, вылезающей из унитаза. Я боюсь глубины, высоты и змеи из унитаза — тоже. Но больше всего на свете я боюсь насекомых, конкретно — тараканов.

Четыре года назад в «Большом городе» Лев Рубинштейн написал: «Ужас-ужас. Вечно мы, закрутившись со всякой текущей общественно-политической хренью вроде всяких идиотских выборов-перевыборов, упускаем все самое главное и судьбоносное. Пока мы тут умничаем, благодушествуем и бранимся, как малые дети, от нас тихой сапой ушли тараканы. Ушли, не попрощавшись. Их нет больше с нами. "Они ушли", как сказал бы все еще действующий российский президент, если бы его вдруг огорошили вопросом о причине исчезновения тараканов».

Все обеспокоенно подхватили: а ведь и правда они исчезли. Боже, боже, куда же делись наши тараканы!?


Лично я подозреваю, что те тараканы, которые остались, сделали это исключительно мне назло. Они меня преследуют. Я встречаю тараканов в тех местах, где их быть категорически не должно: вот он, на прилавке дорогого супермаркета, шевелит усами из-за огромной бараньей ноги; на новоселье в свежеотремонтированной квартире — смотрите, он посягает на мое белое полусладкое! Не так давно в университетской столовой я едва не выпила таракана вместе с кефиром!!!

Я не знаю, когда начала их бояться, но точно помню тот момент, когда поняла, что они меня преследуют. Как-то раз таракан залез мне в ухо.
Однажды ночью я проснулась от того, что в ухе что-то скребется:

— Женя, Женя, я умираю, у меня в ухе — таракан! Он прогрызет барабанную перепонку! — попыталась я разбудить тогда еще будущего мужа.
Будущему мужу хотелось спать:
— Сашок, если бы тараканы могли повредить барабанные перепонки, на каждом углу висела бы реклама «купите наши исключительные ночные затычки для ушей от тараканов»!

Я поплакала и уснула. К утру скрестись не перестало. Кто-то посоветовал залить в ухо водки. Скрипы прекратились, но в ухе явно что-то было. К врачу идти я стеснялась.

Потом ещё кто-то посоветовал залить в ухо подсолнечное масло: якобы тогда он всплывёт (о боги мои!). Разыскать масло в общаге оказалось сложнее, чем водку, но у меня получилось. В ухе стояла гробовая тишина, но ничего не всплывало.

Через два дня в семь сорок пять утра я сидела у кабинета лора. Первой в очереди.
— Ну, что там у нас?
Я шёпотом (чтобы не услышали приличные люди за дверью) пытаюсь из себя выдавить правду:
— Вы знаете, такая история странная… Наверное, я одна — такой урод в этой жизни… Мне неловко, ведь у вас еще не было таких случаев…
— Что, таракан в ухе? Зина, шприц и кювету!

Пока я нервно сглатывала, мрачная блондинка Зина подставила какую-то миску, схватила гигантский шприц с водой и под мои вопли «Вы повредите перепонку!» залила в ухо литр воды. В ухе что-то забулькало, я поняла, что всё-таки жива, и открыла глаза. В этом момент Зина сунула мне под нос миску:
— На, смотри, какой огромный!!
Надо ли говорить, что в середине девяностых в районной поликлинике не было нашатыря?

С тех пор у меня остался трофей — медицинская карта, в которой написано: «… из левого уха извлечено инородное тело — таракан». И с тех пор я точно знаю, что они меня преследуют.

Ещё материалы этого проекта
Французский Цирюльник
Нет незаживающих ран. Что бы ни довелось пережить человеку, будь то увечье, насилие, геноцид, он способен вернуть себе умение радоваться жизни и даже стать лучше, чем прежде. Это и есть подлинная защита — а не семейный кокон или успешная карьера.
06.09.2011
Чего боятся родители первоклассников?
В начале учебного года тяжело не только детям, но и родителям. И тем, и другим нужно привыкнуть к режиму, детям – адаптироваться к новой социальной среде. Самая большая нагрузка ложится на родителей первоклассников.
26.11.2008
Как вырастить сабру в Москве
Никто из советских отказников не знал, когда его выпустят. Однако каждый должен был быть готовым ехать в любой момент. Поэтому, даже если бы само решение об эмиграции не означало радикального разрыва с советской системой, подобное психологическое состояние, естественно, исключало какое-либо врастание в местную жизнь.
07.07.2011
«Глагол “читать” не терпит повелительного наклонения»
Во всех своих книгах Пеннак с лёгкостью смотрит на мир чужими глазами: собаки, наивной девушки, умирающей от рака, гениального сыщика, да кого угодно! Здесь автор превращается в подростка, не желающего читать.
15.01.2010