Девочка и бабушка-черепаха

Девочка и бабушка-черепаха

Сильвана Гандольфи. Альдабра: Черепаха, которая любила Шекспира. Пер. с итальянского Ксении Тименчик Издательский дом "Самокат", 2010 Чтобы обвести смерть вокруг пальца, надо просто в кого-нибудь перевоплотиться.
7.04
Теги материала: препринт

Девочка Элиза очень любит свою бабушку-художницу, несмотря на все её
странности. Да и как не любить, если с бабушкой можно разговаривать о чём угодно и играть наизусть все пьесы Шекспира? Но время идёт, и бабушка всё больше нуждается в помощи — она почти не может передвигаться самостоятельно. Без поддержки Элизы бабушке Эе, решившей перехитрить смерть, ни за что не удастся воплотить свою мечту, а мечтает она о чём-то совершенно невероятном…

В Издательском доме «Самокат» выходит книга известной итальянской детской писательницы Сильваны Гандольфи, лауреата премии Г.-Х. Андерсена (1996). Это философская сказка о том, что в любой момент своей жизни каждый может воплотить свою мечту, если рядом есть хоть один человек, способный понять и поддержать.

БАБУШКА ЭЯ: Туловище, руки и ноги у меня толстеют, кожа становится грубой и смуглой, волосы выпадают, а спина всё сгибается и сгибается… Если вы думаете, что я просто превращаюсь в дряхлую никчёмную старуху, оставьте меня в покое: я должна узнать, каково это — быть твердым снаружи и мягким внутри.

ЭЛИЗА: Бабушка у меня со странностями, может, даже больна. Но посоветоваться мне не с кем: с мамой приходится держать язык за зубами. Если расскажу ей, она снова упрячет бабушку в психушку.
ЭЛИЗИНА МАМА: Да, это правда… Но тогда она представляла опасность для самой себя, она была… была не в себе. Надеюсь, Элиза не в неё.
МАКС: Своим внушительным доисторическим видом черепаха распугала бы монстров из моих ночных кошмаров лучше любой рептилии.
АВТОР: Почему Венеция и Альдабра? Возможно, потому что у самого красивого города в мире и острова в Индийском океане есть кое-что общее: лагуна. А в лагунах, как известно, совершаются чудеса.
ШЕКСПИР: Мы знаем, кто мы такие, но не знаем, кем можем стать.

Глава первая

«Чтобы обвести смерть вокруг пальца, надо просто в кого-нибудь перевоплотиться, Элиза».

Каждый раз, шепча эту фразу, бабушка Эя буравила меня своими карими глазами. Её легкий акцент становился более заметным, и слова звучали таинственно. Я напрягалась, точно тетива лука, сжимала губы и смотрела на неё не дыша. Мы соревновались, кто дольше выдержит взгляд.

После напряжённой паузы бабушка хватала меня за руку и шёпотом, обдавая ароматом плюмерии и пряностей, принималась рассказывать легенду о древнем народе на краю света, где женщины, стоило им только захотеть, могли не умирать вовсе. Они просто превращались во что-нибудь другое. В этом-то вся и хитрость: не умирать, а перевоплощаться. Штука, конечно, не из легких, но по силам каждому. Бабушка тоже однажды попробовала, но у неё не очень-то получилось. А если начистоту, «провалилось ко всем чертям». Так говорила она, усмехаясь.
— А ты во что хотела превратиться, бабушка?
— Никак не вспомню.
— Может, в сирену? — подсказывала я, вспомнив картины, которые рисовала бабушка. Очень часто на них появлялись девушки с серебристыми рыбьими хвостами, танцующие в голубых волнах.
— В сирену? Похоже на то. К сожалению, у меня ничего не получилось. Сирены… Я даже не совсем уверена, что они существуют!

Она улыбнулась, но потом опять стала серьёзной.
— Понимаешь, Элиза, перевоплотиться можно только в то, с чем мы уже в глубине души сроднились.


Бабушка Эя рассказывала легенды и мифы так, будто делилась тайной за семью печатями. Чем причудливее были её истории, тем больше хотелось им верить.

Бабушка круглый год ходила в белом. В двадцать лет она приехала в Венецию из Англии и тут же по уши влюбилась в рабочего с Арсенала, отца моей мамы. Ради него она без колебаний бросила многообещающую карьеру лондонской актрисы. Они поженились, потом дед умер, оставив её одну с маленькой дочкой. Чтобы как-то зарабатывать на жизнь, Эя принялась рисовать изящные картинки с видами Венеции, как с коробки шоколадных конфет, и продавать их туристам. Она никогда больше не покидала этот город.

Я заходила к ней чуть ли не каждый день. От её дома до моего полчаса быстрым шагом. До причала «Челестия» всё шло гладко. Но, миновав причал и ступив на металлические мостки, тянущиеся вдоль высокой кирпичной стены, я ускоряла шаг. Росписи, покрывавшие старые стены Арсенала, были слишком яркими, грубыми и напоминали о войне. Поэтому, шагая по узким мосткам, я отворачивалась от них и смотрела на лагуну. Волна откатывалась, открывая узкую полоску грязи и мусора. Битые кирпичи, ржавые урны, сиденья растасканных машин, покрытые водорослями. Казалось, вместе с мусором прилив может вынести всё что угодно. Я внимательно вглядывалась, не сверкнёт ли что-нибудь на этом странном пляже. Мой взгляд подолгу задерживался на бутылках: сквозь грязное стекло я пыталась разглядеть, что внутри. Вдруг послание? Мне ужасно хотелось явиться к бабушке с письмом от потерпевшего кораблекрушение на другом конце света. Она обожала такое.


Но спуститься вниз, чтобы заглянуть в эти бутылки, я, конечно, не решалась. Прогнивший деревянный причал чуть поодаль, у острова, на котором находилось кладбище, отбивал у меня всякую охоту. Он торчал над мутной водой, кренясь, будто пьяный, и наводил меня на странные мысли. А вдруг под пристанью в тухлых водорослях застряла голова утопленника?

Дойдя до середины мостков, я невольно начинала бежать. Неслась мимо ангара с замурованными окнами, даже не заглянув в щели между кирпичами. Конечно, пару раз, воспользовавшись моментом, когда мимо проходили люди, я украдкой заглядывала внутрь. В присутствии прохожих я даже осмеливалась остановиться.

И, прижавшись лицом к металлической сетке, закрывавшей щели, наспех пожирала глазами ангар. Сквозь непропорционально высокий потолок лился свет, освещающий заросший травой пол. Вдоль стен выстроились таинственные каменные печи, такие гигантские, что в них легко можно зажарить целого быка.
Этот ангар был даже больше того, в котором бабушка Эя устроила мастерскую. Ещё более пустой и зловещий. Подходящее местечко для ночных собраний Ку-клукс-клана.

В тот день я не встретила прохожих, поэтому замедлила шаг, только когда в конце мостков показались выстроившиеся в ряд домишки Казармы. Среди них было несколько обитаемых, с ухоженными садиками, утопавшими в кустах роз. Но большая часть годами стояла с заколоченными окнами, а вместо роз тут росла дикая ежевика. На длинных верёвках всегда сушилось бельё: трусы, носки, старые негнущиеся штаны, хлопающие от ветра на фоне лагуны. Казалось, его не снимают неделями.

Людей на улице я видела очень редко: лишь иногда кто-нибудь копошился у дома. Случалось, они приветствовали меня коротким кивком. В основном старики — детей было мало, да и те необщительны. Стоило мне посмотреть, как они играют, дети тут же без улыбки и без враждебности уходили прочь. Поэтому я решила никогда не останавливаться.


Впрочем, самая страшная часть пути была ещё впереди.
Как обычно, в тот день я почувствовала себя Красной Шапочкой, которая бредёт по опасному лесу к бабушке. Я тоже несла «пирожок и горшочек масла», только не в корзинке, а в пластиковой коробке. К счастью, до сих пор мне не попался ни один волк.

Как странно, подумала я тогда. Почему мама никогда меня не провожает? Не кажется ли ей, что тут опасно? Неужели она не знает, как здесь безлюдно и неуютно? Нет, в том-то и дело: она никогда не была в этих местах.
Неожиданно в голове у меня промелькнули две мысли.

Первая: у меня супербабушка. Бедная и очаровательная. От которой пахнет цветами плюмерии. Которая умеет потрясающе рассказывать истории. Которая верит всему, что ей говорят, и никогда меня не ругает. Всем бы такую бабушку.

Вторая: мама, единственная дочь, никогда не проходит по железным мосткам, чтобы навестить бабушку. А бабушка, у которой в целом свете нет других родственников, кроме нас, никогда не приходит в гости…


Ещё материалы этого проекта
Судьба Мерлина и Экскалибура
Множество битв выиграл король Артур благодаря своему доброму мечу Экскалибуру, но пуще всего берёг он ножны, ибо обладали они волшебной силой, защищая владельца от смертельных ран.
01.03.2010
Затонувший корабль
Почему затонул «Титаник»? Почему опрокинулся корабль «Ваза»? Почему пошёл на дно барк «Гётеборг»? Кораблекрушения дают пищу нашей фантазии. Образ корабля, гибнущего в шторм или столкнувшегося с айсбергом, поражает наше воображение.
11.04.2011
Мы с моей тенью отправились в путь…
Собака мчится по улицам, а за ней торопится мальчишка. Длинный поводок, соединяющий их, цепляется за ноги прохожих, те возмущённо ворчат, и мальчишка вновь и вновь бормочет: «Простите, простите», а между извинениями кричит собаке: «Стой! Стоп!»
10.05.2011
Матя и Пивная кружка
Слушайте! Слушайте! Слушайте! Объявляется конкурс на должность прачки королевских колпаков-невидимок! Каждая женщина с чистой совестью и умеющая стирать грязное бельё может явиться в королевскую канцелярию, имея при себе кусок стирального мыла. Спешите! Спешите! Спешите! Торопитесь!
04.04.2011