Минус тысяча лет

Минус тысяча лет

Евгения Пастернак, Андрей Жвалевский. Москвест: роман-сказка "Куда мы попали? Как нам отсюда выбраться? Как выжить?" — спрашивают герои новой книги А.Жвалевского и Е.Пастернак "Москвест".
11.09
Теги материала: препринт, проза

История — дама капризная. Стоило одному неосторожному подростку ругнуть её у стен Кремля, и его вместе с собеседницей откинуло так далеко, что выбираться приходится целую книгу. «Куда мы попали? Как нам отсюда выбраться? Как выжить?» — спрашивают герои книги. Очень хочется им помочь, ведь у нас под рукой Интернет, а они мало что помнят даже из школьного курса! Да и школьный курс не всегда совпадает с тем, что происходит перед изумлённым взглядом невольных путешественников во времени.

Мишка стоял посреди Александровского сада и злился. Их класс зачем-то понесло на экскурсию, они долго толкались в метро, потом продирались сквозь галдящую толпу у стен Кремля. «И чего они все сюда едут?» — раздражённо бурчал он себе под нос, поправляя наушник, в котором звучал бодрый рэп. Но, как назло, и он неожиданно оборвался.

«Ну а ты чего замолчал?» — ещё раздражённее подумал Мишка, вытаскивая из кармана телефон. Тот обиженно пикнул и разрядился окончательно.

Мишка запихал его в карман и огляделся. Одноклассников в пределах видимости не наблюдалось.

Мишка понял, что, пока он слушал рэп и злился, остальные ушли далеко вперёд. Теперь придётся одному тащиться обратно через весь город, а завтра ещё и объясняться с классной, куда он исчез…

— Ладно, где наша не пропадала, — буркнул Мишка.

Поправил новую кепку с эмблемой чемпионата мира по футболу. Настоящую, брат прямо из Африки привёз, не какое-нибудь фуфло, которое у метро пачками продаётся. Полюбовался на белоснежные кроссовки. Не оттоптали их в московской толкотне, такие же ослепительно красивые.
— Ну и? — спросил он у себя.

И начал выбирать очередную жертву своего обаяния. Чтоб телефон дали, позвонить классной. У иностранцев просить бессмысленно, фиг объяснишь, что тебе надо — и это несмотря на то, что Мишка с детства по курсам английского да спецшколам!

Эти тётки с огромными сумками тоже ничего не дадут, они за рубль удавятся. Кто же, кто же, кто же… О! Вот она!

Возле скамейки стояла девчонка. Лет двенадцать, а может четырнадцать. Ничего примечательного, обычная девчонка. Джинсы, хвостик…

Блондинка. Даже хорошенькая. Только вид у неё потерянный.

Мишка небрежно подошёл к девочке.
— Хай!
— Привет…

Взгляд удивлённый, настороженный. Мишка отработанным движением откинул со лба кучерявую чёлку, поправил кепку и лучезарно улыбнулся. Но ответной улыбки не последовало, девочка всё так же хмуро смотрела исподлобья. «Тяжёлый случай», — подумал Мишка, но решил не сдаваться.

— Прикинь, мы тут с классом в Кремль приехали, типа на экскурсию. А я музыку слушал, слушал…

Мишка внимательно следил за девочкой, чтоб понять, как говорить дальше — переходить на жаргон или, наоборот, скатываться на литературный язык. А она, как назло, смотрела совершенно безучастно, не морщилась, не улыбалась.
— Короче, я отстал от своих, — нейтрально продолжил Мишка, — а телефон сдох.

Девочка продолжала смотреть Мишке в глаза, вместо того чтоб начать суетиться, доставая телефон из кармана, или хотя б просто улыбнуться.
— Дай, пожалуйста, телефон, я классухе позвоню, — выдал Мишка, опять улыбнувшись своей «фирменной» улыбкой. — Я быстро. У неё такой простой номер, я его наизусть помню.
— Не дам, — отрезала девочка.
У Мишки челюсть чуть не пол не упала от неожиданности.
— Почему? — искренне изумился он.
— Не работает.
— Что не работает? — уточнил Мишка.
Девочка ответила крайне неохотно.
— Телефон, как ты выразился, сдох.
— Что, и у тебя тоже? — не поверил Миша.
— Да. Похоже, сегодня в Александровском саду день дурака, — ухмыльнулась девочка.
Мишка смотрел недоверчиво, и девчонка вытащила из кармана погасший телефон.
— Подружка позвонила. Горе у неё, парень её бросил, — девочка презрительно скривила рот. — Минут двадцать дурила голову. Телефон сел, все ушли. Билеты у классной.

Мишка с тоской посмотрел на погасший экран телефона, с трудом подавляя раздражение. Время ушло, звонить уже, наверное, бессмысленно, даже если кто и даст телефон. «У-у-у-у-у, дура, это ж надо так трепаться, чтоб телефон разрядить», — подумал Мишка и плюхнулся на скамейку.
— Тебя как зовут? — лениво спросил Мишка.
— Маша, — безразлично ответила девочка.
— Хочешь мороженого? — продолжил Мишка, заметив недалеко фирменный холодильник.
— Иди на фиг, — беззлобно ответила Маша.
Мишку, как ни странно, это совершенно не обидело, а наоборот, успокоило. Типаж определился — парнененавистница. Вся из себя гордая и уверена, что все одноклассники полные идиоты.

— Как хочешь, — ответил Мишка, а потом вдруг заявил: — От этих экскурсий всё равно никакого толку! А история вообще — убитый предмет!
— Сам ты убитый! — огрызнулась девочка.
И вот тут Мишка разозлился. Мало того, что телефон разрядила, так ещё и жить его будет учить! Тоже мне, нашлась умница!

Мишка собирался сказать наглой девице всё, что о ней думает, но отвлёкся.

Во-первых, где-то недалеко вдруг ударил колокол. Звук был густой и важный, сразу захотелось к чему-то прислушаться.

А во-вторых, по аллее прямо к ним быстро шёл мужчина в непонятной форме — что-то вроде офицерской из исторических сериалов. Сам очень высокий, с огромными закрученными кверху усами, блестящими сапогами и сияющей бляхой ремня. Всё это вместе вызывало в памяти выражение «военная выправка». Шёл он уверенно, размашисто, по-хозяйски, но при этом у него с лица не сходило озабоченное выражение, и смотрел он прямо на Мишку.

— История — отстой! — громко сообщил Мишка, встал со скамейки, развернулся, чтобы отправиться к метро, и налетел на Машу, сбив её с ног. Последнее, что он успел заметить перед тем, как упасть в воду, — озабоченный военный перешёл на бег.

Мишка всегда неплохо плавал, но тут вдруг запаниковал, забил руками по воде — чуть не утонул. Спасло его два обстоятельства. Во-первых, вода доходила только до шеи. Во-вторых, рядом ещё больше паниковала Маша. Мишка собирался её спасти, схватив за волосы, как делают герои в фильмах, но в этот момент его самого схватили за шиворот и выдернули из воды. Через секунду рядом застучала зубами и подруга по несчастью.
— Вы кто? — злобно спросил Миша у верзилы, пытаясь выдраться из его цепких рук.
— Городовой, — коротко представился военный, очень недовольно рассматривая спасённых.
— Где мы? Куда мы попали? Откуда вода? — сердито выпалила Маша.
— Зачем вы к нам бежали? — не отставал Миша.
— Тихо! — прикрикнул Городовой. — И так наболтал себе неприятностей!
Маша подавилась очередным вопросом, Миша спросил за неё:
— Что значит «наболтал»?
Но дядька и не думал отвечать, наоборот, шикнул и поднял руку, как будто к чему-то прислушиваясь. Миша невольно прикусил язык.
— Объяснил бы я вам, — сказал верзила, вслушиваясь всё тщательнее, — да времени мало… А вас много…

После этого непонятного замечания Городовой вдруг выхватил из кармана большой серебряный свисток, резко дунул в него… и исчез.


Мишка и Маша уставились сначала на место, где стоял их спаситель, потом друг на друга…

— Это глюки, — Мишка старался говорить очень уверенно. — В смысле… Галлюцино…

Договорить мудрёное слово «галлюциногены» он не успел. Из воздуха снова возник Городовой и гаркнул:

— И чтоб стояли тут, никуда не ходили! Эх… Видок у вас никуда не годится… Переодеть вас нужно! Снимайте мокрое, сейчас что-нибудь добуду! Мишка собирался поспорить, но Городовой снова исчез непонятно куда. Да и была в его словах правда — намокшая одежда неприятно прилипала к коже. Мишка сплюнул и принялся раздеваться. Девчонку он совершенно не стеснялся — пусть сама стесняется. Маша минутку постучала зубами, зашла за куст и тоже принялась возиться с одеждой.

Стаскивая мокрую майку, джинсы и кроссовки, Мишка пытался понять, куда их занесло. Вокруг стоял угрюмый хвойный лес, под ногами чавкало, сырой глинистый берег почти незаметно переходил в мутную речку, из которой их и вытащил Городовой.

Стоило его только вспомнить — и верзила снова возник из воздуха, молча сунул Мишке и Маше в руки по свёртку.

— Никуда не уходить! — напомнил он таким командирским тоном, что Мишке тут же захотелось свалить отсюда подальше.

Просто из принципа. Впрочем, Городовой, в уже привычной манере, пропал.
— А может, — спросила Маша из-за куста, — мы просто спим? То есть сплю я, а ты мне снишься?

Мишка не удостоил ответом девчачьи глупости. Вместо этого развернул свёрток, который оказался чем-то вроде длинного мешка для картошки, только с рукавами. Секунду поколебавшись, Мишка принялся натягивать его на себя — надо же было как-то согреться. На ощупь рубаха оказалась даже приятной, но сейчас Мишку раздражало и это. А больше всего его злил таинственный военный, из-за которого они, судя по всему, и вляпались в эту историю.
— Раскомандовался, — бурчал Мишка вполголоса. — Куда захочу, туда и пойду. А если галлюцинация, то ненадолго… О! Сейчас всё узнаем! Галлюцинации в воде не отражаются!

Мишка сделал шаг к речке, чтоб посмотреть на воду. Отражение было на месте, хотя и довольно мутное. Мишка отступил назад, повертел в руках мобильник, разобрал его, чтоб просох, и сунул под куст — всё равно на временной одежке не наблюдалось ни одного кармана.

Тут показалась Маша. К неудовольствию Мишки, на ней «мешок» сидел даже изящно. А ещё у неё в комплекте оказался верёвочный поясок, которым Маша подпоясалась, придав себе более человеческий вид. На ногах у Маши красовались…
— Это лапти, что ли? — уточнил Мишка.
Маша хмуро кивнула.
— А мои где? — из принципа потребовал Мишка.

Маша молча ткнула пальцем под куст. И правда, под ним лежала ещё одна пара лаптей. Мишка сердито выдернул лапти из-под куста, и из них вывалилась странного вида трубочка — красного дерева, с отверстиями по бокам.

Прилаживая маскарадную обувь неудобными верёвками к голени, Мишка злился всё больше и больше. Почему он должен обряжаться в эти маскарадные костюмы?! Он даже потрогал одежду, развешанную на кусте, но с неё все ещё обильно капало.

— Ладно, он мне за это ответит, только разберёмся, что случилось… — бормотал Мишка, вертя в руках трубочку. — Папа позвонит, и всем мало не покажется…

Маша сумрачно уставилась в вяло бегущую воду.
— Не г-г-галлюц-ц-цинация, — констатировала она, постукивая зубами.
— Ну чего ты трясёшься? — раздраженно спросил Мишка. — Расслабься, скоро всё выясним!
— Холод-д-дно, — ответила Маша, — я в жизни в платьях не ходила, а тут ещё и колготки забыли дать…

Маша пыталась завернуться в длинную льняную рубаху, но, судя по цвету её носа, тепла от неё было не больше, чем от Мишкиной.

— Ладно, — решился Мишка, — пойдём!
— Куд-д-да?
— Искать. Кого-нибудь.
— Не пойдём мы никуда! Городовой сказал здесь сидеть, никуда не уходить!
— Какой Городовой? — возмутился Мишка. — Нет никакого Городового! Свалил! Наверное, он и был главной галлюцинацией. Мы тут околеем, пока его дождёмся. Сейчас пойдём, найдём работающий телефон, я позвоню отцу, и он нас заберёт.

Маша нахмурилась, закусила губу и, пошатываясь и поскальзываясь в неудобных лаптях, подошла к Мишке.

— Ладно, пойдем туда! — сказала она и махнула рукой куда-то в сторону, где бор выглядел вроде как пореже.
— Почему туда? — удивился Мишка.
— Мне кажется, там дорога.
Маша бодро захромала в указанном направлении, и Мишке пришлось идти за ней. Под рубаху поддувало. Трубочку спрятать было некуда, пришлось держать её в руке.

Через четверть часа перемещения по бурелому Миша озверел.
— Всё. Привал. Я уже все ноги разбил.
— Зато согрелись, — отрезала Маша.
— И где твоя дорога? — ехидно поинтересовался Миша.
— Не знаю…

Маша как раз вылезла на полянку, но тут же пригнулась.
— Тихо! — шепнула она и присела.
Прямо на ребят шла женщина, в такой же длинной рубахе, как и у Мишки с Машей, разве что более грязной. В руках у неё был туесок, как из сказки, и она что-то бормотала себе под нос.
— О, человек! Сейчас договоримся!
Миша нацепил фирменную улыбку и рванул к бабке.
— Простите, пожалуйста, вы не подскажете… — бойко начал он.
— А-а-а-а-а-а-а!.. — заорала женщина и, кинув туесок, рванула в лес.

Миша попытался её догнать, но немедленно поскользнулся.
— Постойте! — закричал он вслед. — Вы только скажите, где мы?
— Ну что, договорился? — съехидничала Маша.
Она аккуратно подняла кинутый туесок. Он был старый, драный и доверху набит вонючими корешками.
— Ручная работа, — сообщил Мишка, — бешеные бабки стоит.

Маша вздохнула, отложив туесок в сторону.
— Зато мы узнали, что тут есть люди, — сообщил Миша. — Пошли дальше.
При слове «пошли» Маша поморщилась. Сняла с ног лапти, попыталась идти без них, скривилась ещё больше.
— Что, неудобно? — поинтересовался Мишка.
— Нормально! — отрезала Маша. — Просто ноги стёрла.

Маша присела на какой-то пенёк, поглаживая стёртые в кровь пятки. Мишка отвернулся, и ему почудилось еле уловимое движение в кустах.
— Сиди здесь, — сказал Мишка, — я быстро. Сейчас я поймаю этих шутников…

И он скрылся в дубраве.

Когда Маша подняла глаза от израненных ног, то увидела руку, тянущуюся к туеску. Потом встретилась с глазами с хозяйкой руки. Потом они хором ойкнули.

Маша замолчала, потому что боялась спугнуть, женщина пригляделась к девочке, быстро схватила туесок и прижала к себе, как величайшую ценность.
— Вы берите, берите, — шёпотом сказала Маша, — я не хотела вас напугать.
— Уду ты*? — тоже шёпотом отозвалась женщина с каким-то неуловимым акцентом.
— Ой, — удивилась Маша, — а вы по-русски говорите?
— Штуждь**… — забормотала незнакомка, отбирая туесок. — Штуждь…

Женщина поспешила прочь, но Маша не собиралась её просто так отпускать. Она шагнула вслед и тут же ойкнула от боли — мозоли горели нестерпимо. Незнакомка услышала и замерла в нерешительности. Маша решила говорить громко и отчетливо:
— Как нам выйти к дороге? Где город?

В ответ женщина затараторила так быстро, что Маша смогла разобрать только отдельные слова: «боятися», «туду», «ходити», «супруг»…

Маша только растерянно моргала да морщилась от боли.

Неожиданно женщина сунула руку в туесок, достала корешок, быстро разжевала его, пошептала что-то и стремительно приложила кашицу к Машиной ноге.
— Абие***, — тихо сказала женщина, — абие…

То ли от корешков, то ли от успокаивающего голоса незнакомки действительно становилось легче. Маша улыбнулась целительнице, та почти улыбнулась в ответ…

И тут из-за деревьев послышался голос Мишки:

— Ушли, гады! Зато я понял, что это за трубка! Это свисток!


И Мишка вывалился из чащи, оглушительно свистя в найденную трубку. На мгновение у всех заложило уши, Мишке дольше других пришлось мотать головой, приходя в себя. А когда очухался, удивлённо спросил:
— Э! А свисток где?
Он растерянно посмотрел под ноги.
— Пропала твоя дудка, — строго сказала незнакомка. — Не простой свисток, зачарованный…
Мишка недоверчиво фыркнул и снова шагнул в кусты. Маша удивлённо обернулась к женщине:
— Так вы по-русски умеете говорить?
— Это вы по-нашему говорить стали, — строго ответила женщина. — Я ж говорю: зачарованная дудка была!

И, не дав Маше опомниться, спросила:
— Как звать-то?
— Маша.
— Я Прасковья. А мужа твоего как кличут?
— Кого? — изумилась Маша. — Какой муж, мне тринадцать лет!
— Ну да, ну да… — запричитала женщина, — поздновато, но ты девка хороша, может, ещё кто и возьмет. У нас женихи есть, ты скажи брату…

Маша с изумлением обнаружила, что кровь остановилась, а по натёртым ступням разливается блаженная свежесть.
— Было мне видение, что я в лесу чудо встречу, — бормотала травница, — чем ты не чудо? Пойдём, я тебя не брошу, у меня переночуешь. И брата зови.
И проворно стала пробираться через лес…

* Откуда ты? (старосл.)
** Чужой… (старосл.)
*** Скоро (старосл.)

Художник: Елена Петяева  

Ещё материалы этого проекта
Девочка и бабушка-черепаха
Это философская сказка о том, что в любой момент своей жизни каждый может воплотить свою мечту, если рядом есть хоть один человек, способный понять и поддержать.
07.04.2010
Мы с моей тенью отправились в путь…
Собака мчится по улицам, а за ней торопится мальчишка. Длинный поводок, соединяющий их, цепляется за ноги прохожих, те возмущённо ворчат, и мальчишка вновь и вновь бормочет: «Простите, простите», а между извинениями кричит собаке: «Стой! Стоп!»
10.05.2011
Птишка
Это книжка о девочке Птишке, у которой вместо рук росли крылья. Нет-нет, она не была ангелочком, не думайте. Она была инвалидом, не могла есть вилкой, не выговаривала половины звуков, но умела летать. И она улетела от своих приёмных родителей, которые полюбили девочку всем сердцем. А они отправились её искать и в конце концов, конечно же, нашли. Но самое интересное было как раз в середине.
16.06.2010
Кто в лесу живёт?
В древней чаще Леса, в самой глуши, там, где теснятся дуплистые, ветхие дубы и куда не ступала нога человека, кипит жизнь. Одни летают, другие бегают, третьи крадутся, а вот не пойми что белёсое в воздухе колышется — то ли тумана клочок, то ли и впрямь лесной житель...
20.04.2010