Чирик, чирик — превращения

Чирик, чирик — превращения

Валерий Медведев. Баранкин, будь человеком! Самовар, 2009
25.02

Если бы я был учителем, я бы никогда не задавал уроки на дом.

Пусть дети занимаются в школе, раз уж родителям это так нужно, а дома — отдыхают и смотрят телевизор. После обеда всегда идут мультики, и каждый ребёнок об этом знает. Представляете, с каким настроением он садится за уроки, если показывают Бэтмена или Черепашек-ниндзя. Или Чебурашку.

Когда я рассказал всё это маме, она почему-то решила, что я хочу быть учителем. Обрадовалась: «Самое главное — получить хорошее образование».
На самом деле, я бы хотел стать супергероем, а не учителем. Бэтменом, наверное, хорошо быть. Никаких уроков — знай себе летай в красивом чёрном плаще, в окна заглядывай, и никаких забот.

Хотя, если вдуматься, у Бэтмена полно дел. То мир спасать, то каких-то девчонок из беды выручать. Зачем, кстати, — не понимаю. Они прекрасно могли бы сами из беды выручаться, незачем Бэтмена отвлекать от телевизора всякой ерундой.
А вот с миром как? Его точно спасать придётся, он сам не справится.

Нет, не хочу быть Бэтменом. Лучше воробышком. Скачет себе, чирикает, и нет проблем: ни уроков по математике, ни капризных девчонок.
— Баранкин тоже так думал, — сказала мама.
— Какой ещё Баранкин?
— Мальчик. У него фамилия такая — Баранкин. Знаешь, чем закончилось? — и она дала мне книгу. — Почитай.

Книга была нетолстая, с картинками. И я согласился. Уж лучше, чем решать примеры.

Сначала всё было хорошо. Мальчик этот, по фамилии Баранкин, силой воли и без никакого образования, взял и превратился в воробья.

«Смотрю — у меня вместо ног, одетых в ботинки, босые воробьиные лапы, и этими лапами я стою на лавочке, как самый заправский воробей. Я открыл глаза пошире, смотрю — вместо рук у меня крылья. Открываю глаза ещё больше, верчу головой, гляжу — сзади торчит хвост».

И тогда у Баранкина началась хорошая беззаботная жизнь. Я же говорил! Лучше всего быть воробьём.

— Читай дальше, — улыбнулась мама.

«Не успел я закончить фразу, как сзади на меня обрушилось что-то урчащее и подмяло под себя. «Муська!» — успел подумать я и рванулся изо всех сил в сторону и вверх по направлению к акации, на ветках которой продолжал чокать и трещать Малинин. Я летел как камень из рогатки. Я чуть не сбил с дерева своего лучшего друга».


Конечно, если бы Баранкин был мальчиком, а не воробьём, эта Муська была бы ему не страшна, но сейчас она стала смертельно опасна. Без преувеличения.
Кто такая Муська? Если вы ещё не догадались, почитайте книжку «Баранкин, будь человеком!» — не одному же мне читать. Хочу только предупредить, что Муська оказалась не единственной опасностью в жизни Баранкина-воробья.

Короче говоря, получилось, что быть воробьём — не такая уж хорошая идея. Но не забывайте: у Баранкина была очень сильная воля, и он мог превратиться в кого угодно.

Я задумался, в кого бы я хотел превратиться, чтоб ни математики, ни Муськи. Ну, например… в человекообразную бабочку. А что? Разве таких не бывает? А Баранкин думал, что бывают, и превратился. И всё бы хорошо, но потом появились девчонки.

Если я стану Бэтменом, ни за что не стану выручать девчонок! Из-за них Баранкина-бабочку ждали приключения ещё ужаснее, чем Баранкина-воробья. Девчонки гораздо хуже кошек, что там говорить. Пришлось опять превращаться, и вы даже представить себе не можете, в кого. А потом ещё раз превратиться, обратно.

«А голова!.. Я на свою голову тоже раньше не обращал внимания. Голова и голова… Есть на плечах, и ладно! Нахлобучишь кепку — и хорошо! Пофантазируешь — и довольно! А теперь, теперь… После всего, что я пережил, уж я-то точно знал, что если руки человека — это чудо, то уж голова — это самое расчудесное чудо из всех расчудесных чудес».

Мама говорит, когда читаешь хорошую книжку, часто находишь подтверждение своим мыслям, и даже начинает казаться, что это ты сам написал, только красивыми словами и со знаками препинания. Так вот, я с Баранкиным согласен. Я тоже думаю, что голова — это очень важная часть человеческого тела, и очень полезная. И вообще, быть человеком… в этом что-то есть, что-то интересное.

А наша учительница говорит, что хорошая книга заставляет задуматься. Вот и я задумался. А математику — потом. В конце концов, я пока не решил, кем хочу быть, птицей или человеком.

Ещё материалы этого проекта
Лицо огня
Мамины волосы хлещут по ветру. Возле моей щеки папино плечо. Нужно как можно крепче держать его за руку, за рукав и не разжимать. А то возьмёт и окажется, что я сплю и нет ничего: ни дороги под фарами, ни решета с виноградом, ни папиного плеча под щекой. Мои мама и папа вернулись из командировки. Иликина мама сказала, что это чудо. Что так не бывает. Но это было!
28.10.2011
Непростой простак
Повесть «Человек-Горошина и Простак» наверняка любили твои родители, когда были детьми. Теперь и у тебя есть возможность и узнать про книгу, и прочитать, и полюбить её (или не полюбить – тут уж как получится). Мы – любим.
09.11.2009
Повешенный рыцарь и паштет из волка
Пино работал министром иностранных дел и — что особенно ценилось в СССР — был председателем коммунистической партии Франции. Благодаря этому в 1959 году издательство «Иностранная литература» и познакомило советских детей и взрослых с чудесными сказками Пино и обворожительными иллюстрациями Марианны Клузо.
16.09.2010
Девочки бывают разные
Эта книжка — отличное пособие для юного проказника. В каждой главе — масса забавных и трагикомических ситуаций, любой хватило бы на отдельную книгу. Но писательница Ирмгард Койн не скупится и не экономит на смешном.
24.09.2010