Самое дорогое

Самое дорогое

24.11

Начало историй здесь.

Давным-давно в небольшой деревушке Бейт-Цайда (что значит «Дом припасов»), на берегу озера Кинерет, жили муж с женой. И было у них всё, что только пожелаешь: дом, деньги, поля и виноградники, лошади и ослы и многочисленные слуги. С делами они справлялись отлично, не ленясь, а после работы любили хорошо отдохнуть. В жаркие летние месяцы уезжали они на дачу в Ливан, а зимой пили чай с финиковым мёдом. Незаметно пробежало десять лет, а любовь их только крепла, даже ссорились они с удовольствием. И всё бы хорошо, но вот беда: не было у них детей.
— Кому нужно всё это богатство, если не благословил нас Господь детьми? — размышлял муж печально.
— Вот был бы у меня малыш, или нет, двое… Нет, лучше пятеро, — мечтала жена, болтая ногами в воде на берегу Кинерета. — И пусть дерутся, шумят, шлёпают босиком по грязи, я не возражаю.

Чего только они не делали: ездили к самым лучшим врачам, пили настойки целебных трав, писали друг другу стихи про любовь, а иногда отправлялись на могилы праведников и молились там всю ночь без остановки (впрочем, средство оказалось не ахти — ведь большинство праведников в то время были ещё живы).

И вот однажды муж сказал:
— Я люблю тебя, но мы живём вместе уже десять лет, а детей у нас всё нет. Может, нам стоит расстаться? Найдёшь себе нового мужа, и с ним Бог пошлёт тебе много детей.
— Да нет же, всё из-за меня! — возразила жена. — Это ты должен жениться на другой женщине, и уж она-то сумеет родить тебе сына или дочь.

Кто прав?.. Кто виноват?.. Кому на ком жениться, а кому с кем разводиться — непонятно. В конце концов эти двое совсем запутались и решили обратиться к рабби Шимону бар Йохаю. К кому же ещё? Рабби Шимон был большим мудрецом. Жил он неподалеку, в маленькой деревушке рядом с Цфатом, и к нему обращались за советами только в самых сложных и запутанных случаях.
— Если уж нам суждено расстаться, пусть нас разводит сам рабби Шимон, потому что ему я доверяю. Ведь что ни говори, а своего рабби нужно выбирать очень осторожно! — говорил муж.
— Безусловно! Моя семья всегда обращается только к рабби Шимону. Как он скажет, так тому и быть, — кивнула жена в знак согласия.

Договорились они в конце концов, что если одобрит рабби Шимон этот злосчастный развод, то ничего не поделаешь, разойтись придётся.

Ну что ж, развод так развод! Запрягли наши герои рано поутру осла, взяли с собой нескольких слуг, запаслись провизией на дорогу. И отправились в путь, прихватив только самое необходимое: солёные орешки, сухарики с изюмом, фрукты и бутерброды, а также карту, компас, крем от загара, панамки от солнца, флягу с водой и розовые чупа-чупс со вкусом клубники. Только и всего!
Несколько часов пути, и вот они уже у дома Шимона бар Йохая. Поведала ему женщина о своём горе. Рабби Шимон выслушал её очень внимательно и сразу же догадался, что любят друг друга муж и жена крепче не бывает.
— Да, друзья мои, — вздохнул рабби Шимон. — Случай непростой. Я так понимаю, что расставаться вы не хотите, а просто придумали, как помочь друг другу. И, кажется, решили, что если нет у вас детей уже много лет, то и дальше чуду не бывать и должны вы коротать свой век совсем без малышей. Зачем же нужна такая семья? Уж лучше разойтись и создать две новые семьи. Может, тогда и появится долгожданный младенец у кого-нибудь из бывших супругов. Что ж, такой способ имеется. А к врачу обращались?
— Да, да, конечно! Вот смотрите, у меня и рецепты есть, и справки разные, — засуетилась женщина, вытаскивая целый ворох разных листочков.
— Стойте, стойте! Я верю. Ведь к рабби Шимону обращаются только после того, как побывают у врача, но уж никак не вместо врача. Что ж, буду за вас молиться. И ещё, пожалуй, дам вам один совет. Но позже, а пока расскажите-ка мне о вашей свадьбе.
— Свадьба? Но при чём тут свадьба? Мы же разводиться пришли, — переглянулись супруги удивлённо.
Однако хорошо известно, что рабби Шимон ничего не спрашивает зря, и поэтому они начали вспоминать.
— Вот это была свадьба так свадьба! Помнишь, как все веселились? Как радовались мои родители! — начала было жена, но неожиданно запнулась, и маленькая слезинка оставила мокрый след на её правой щеке.
— Как будто только вчера гуляли! И ребята собрались всей компанией. Неужели прошло уже десять лет? — продолжил её рассказ муж, но тут по его левой щеке покатилась слеза, и он замолчал.
— А угощение, а вино! Гости до сих пор вспоминают того барашка по-йерихонски… И танцы… Танцевали все, даже музыканты! — закончили супруги в один голос.
— Понятно, — одобрительно покивал рабби Шимон. — Значит, свадьба была развесёлой — с гостями, пирогами и всем, что к этому прилагается.
— Безусловно! Так всё и было, — вздохнули супруги с облегчением.
Но тут рабби сказал такое, что они разинули рты от удивления.
— Вот что я вам посоветую: отправляйтесь-ка вместе домой и на прощанье устройте праздник. Приглашать много гостей необязательно, но в остальном пусть всё будет как на свадьбе: барашек, музыканты, пироги и фотограф со вспышкой. Расставание ваше должно быть таким же радостным, как и женитьба. Ну, будьте здоровы и до встречи, — сказал на прощанье рабби Шимон и, уже уходя, добавил: — Ах да, чуть не забыл самое главное — хорошего вина не жалейте!

Пир в честь развода? О таком наши супруги ещё не слышали, но спрашивать лишний раз постеснялись. А если уж совсем начистоту, то каждый из них в глубине души мечтал, что произойдёт чудо и расставаться им не придётся. Так что если велел рабби Шимон закатить прощальный пир — значит, будет пир, ведь мудрец видит то, что от простых людей скрыто. Хотя и странно всё это.

Муж с женой как следует подготовились к пиршеству и наставления рабби выполнили слово в слово — гости несли подарки, музыканты играли любимую песню:

Бар-Йохай, ты счастлив сам —
Радостно твоим друзьям.


Мелькал тут и там суетливый фотограф со своей вечной присказкой: «Улыбочку, улыбочку, сейчас вылетит птичка!» (А что, если не улыбнуться, то вылетит бегемот?) Ну а муж с женой веселились и пировали точно так же, как и в тот праздничный день, когда они поженились. Чарочку за чарочкой наливала женщина вино своему мужу, и вот, когда стены стали расплываться прямо у него на глазах, а лица гостей начали подозрительно раздваиваться, возрадовалось сердце его от доброго вина. Тогда-то и сказал муж своей супруге:
— Дорогая моя жена… или нет, не так, моя любимая… будущая… бывшая жена, вот и возвращаешься ты в дом своего отца, откуда забрал я тебя ровно десять лет назад. Так вот, я хочу, чтобы унесла ты на память из моего дома то, что тебе дороже всего. Ничего для тебя не жалко; всё, что пожелаешь, твоё навеки.

Сказал и уснул, уронив голову на стол рядом с салатом. Да и гости уже разошлись по домам, праздник закончился. Позвала тут жена слуг и тихо приказала:
— Поднимите скорее мужа и отнесите его в дом моего отца. Ну же, поторапливайтесь!

Пожали работники плечами, но подчинились беспрекословно. После этой сумасбродной вечеринки в честь развода, которую затеяла странная парочка, они больше ничему не удивлялись! Переложили осторожно спящего мужа на кровать, поднатужились и с трудом потащили вслед за женщиной, в дом её родителей, тяжёлую ношу.

Теперь представьте себе, как поздней ночью, когда винные пары немного выветрились из головы мужа, открыл он глаза и видит: всё вокруг чужое — и стены, и окна, и потолок. «А, нет, не вс ! Вот кровать… и моя жена».
— Да, жена, — пробормотал мужчина мечтательно и вдруг опомнился: — Жена! Какая ещё жена? Ой, где это я?
— В доме моего отца, — с улыбкой отвечала женщина.
— В каком доме? Какого отца? Что всё это значит?
— Ты же ведь вчера сам сказал, что могу я забрать с собой из твоего дома то, что мне дороже всего. Так вот, милый мой, подумала я и поняла: ты и есть это самое дорогое. Вот я тебя и забрала.
Замолчала жена, и по её левой щеке заскользила крошечная слезинка. А муж тем временем утирал крупную каплю — то была большая слеза, которая на этот раз катилась по его правой щеке.

С рассветом навьючили супруги осла и снова отправились к рабби Шимону. Увидел их рабби Шимон, встал и начал молиться:
— Владыка мира, пошли этой паре детей! Теперь, когда снова, как десять лет назад, взял муж жену из дома отца её, прошу, вспомни о любви их в святости, даруй им счастье и благословение! Пошли им исцеление, и пусть будет у них в доме веселье и радость!

Прошептал рабби Шимон ещё несколько молитв, и из глаз у него ручьём хлынули слёзы, струясь по обеим щекам.

Возвратились муж с женой домой, любя друг друга пуще прежнего. Он больше жизни хотел быть рядом с ней, а она — рядом с ним. А молитва рабби Шимона была услышана и принята: не прошло и года, как родился в этой семье первенец. Тут и воцарились в доме радость и счастье!

По мотивам мидраша Шир а-ширим раба, глава 1

Ещё материалы этого проекта
Царь Агриппа
В молодости Агриппа долго жил при дворе римского императора Калигулы, который славился жестокостью и распущенностью. Все свои дни император и его друзья проводили в попойках, играх и жестоких забавах. Никто в Иудее не обрадовался, узнав, что Агриппа назначен правителем.
22.11.2010
История хасида, который не стал прерывать молитву
Глупец! Ты что, не видишь, кто перед тобой? Как ты посмел не  поприветствовать меня? Если бы я зарубил тебя мечом — кто мог бы мне помешать? Но ничего, тебя еще ждет суровое наказание!
01.09.2013
Иегошуа бен Гамла и новые еврейские школы
В эпоху Второго Храма первосвященники в Иудее не только совершали самые важные обряды, но и участвовали в управлении страной. Нередко случалось, однако, что ими становились люди недостойные, потому что эту должность можно было купить. Но был первосвященник, который оставил о себе добрую память, — Иегошуа бен Гамла.
27.12.2010
Рабби Иегуда и мальчики из хороших семей
О детях большинства из мудрецов мы знаем очень мало. Скорее всего, они вырастали достойными людьми и хорошими евреями. Однако были, увы, и другие примеры.
23.07.2013