Школа Шамая и школа Гиллеля

Школа Шамая и школа Гиллеля

Гиллель и Шамай были друзьями, учились у одних и тех же учителей и вместе сидели над Торой, но их взгляды очень различались.
20.09

Недавно мы рассказывали о мудреце по имени Гиллель. Сегодня речь пойдёт о его товарище, которого звали Шамай.

Вообще-то о жизни этого мудреца нам почти ничего не известно. Скорее всего, он родился в Земле Израиля и, подобно Гиллелю, учился у Шемаи и Авталиона. По профессии он был архитектором или строителем, а потому не расставался со строительным метром.

Среди современников Шамай прославился любовью к Субботе. Для него это был не просто день, когда евреям запрещено работать, он старался превратить каждую Субботу в настоящий праздник. К нему мудрец тщательно готовился и припасал всё самое лучшее. Если он видел на рынке хорошее мясо, то сразу говорил: «Это для субботней трапезы». И каждая такая трапеза в доме Шамая превращалась в праздничный пир.

Гиллель и Шамай были друзьями, учились у одних и тех же учителей и вместе сидели над Торой, но их взгляды очень различались.


Гиллеля знали как мягкого и спокойного человека, которого невозможно было вывести из себя. Шамай, напротив, отличался резким и вспыльчивым характером, легко приходил в ярость.

Гиллель всегда был готов к компромиссу, особенно если это решало какую-нибудь серьёзную проблему. Шамай, напротив, во всем стремился к идеалу и не шёл ни на какие уступки.

Как-то один иноверец прочитал в Торе о роскошных одеждах первосвященника — дорогих, расшитых золотом, с нагрудником, украшенным драгоценными камнями. Их описание настолько потрясло его, что он заявил:

— Если меня сделают первосвященником, я перейду в иудаизм!

С этой просьбой иноверец обратился к Шамаю. Мудрец рассвирепел — ведь не только первосвященником, но и просто священником в Храме может быть только потомок Аарона, брата Моисея. Поэтому Шамай прогнал просителя прочь, едва не побив его строительным метром.

Иноверец, однако, оказался настойчивым и пошёл к Гиллелю, который неожиданно согласился помочь ему перейти в иудаизм.

Через некоторое время Гиллель сказал:

— Я знаю, что ты хочешь стать первосвященником. Но можно ли стать царём, не зная искусства правления?
— Конечно, нет.
— Ну, тогда давай учить Тору, чтобы узнать, какие обязанности возложены на первосвященника.

Гиллель сам стал учителем новообращенного еврея. Прошло немного времени, и они дошли до законов, относящихся к Святилищу. Ученик прочёл:

Поручи ты левитам наблюдение над Шатром Откровения, и над всеми принадлежностями его, и над всем, что при нём: они будут носить Шатёр Откровения и все принадлежности его, и служить при нём. И вокруг Шатра Откровения стоять станом… Посторонний же, который приблизится, предан будет смерти. (Числа 1:50-51)

— О ком это сказано? — со страхом спросил ученик.
— О любом еврее, даже если он царь Израиля, — ответил Гиллель.

Потрясённый ученик воскликнул:
— Если уж о евреях, названных «сынами Всевышнего», сказано такое, что же тогда говорить о пришельцах?

Ему расхотелось быть первосвященником, но этот гер (а именно так называют перешедших в иудаизм) навсегда остался благодарен Гиллелю. Ведь тот не оттолкнул чужака, а дал ему возможность стать евреем.

У мудрецов было множество учеников, которые толковали Тору в соответствии с принципами своих учителей. И вот появились две школы — Школа Шамая и Школа Гиллеля (Бейт-Шамай и Бейт-Гиллель). Между их последователями почти сто лет шла борьба. О чём только не спорили. Например, о том, как нужно вести себя на свадьбе. Вот что рассказывает об этом Талмуд.

Учили мудрецы: что поют, когда танцуют перед невестой? Школа Шамая считает: «Говорят о невесте, какова она есть, даже если она некрасива». Школа Гиллеля считает, что нужно говорить: «Как прекрасна и добродетельна эта невеста!»

Конечно, ученики Шамая намного честнее. Ведь если невеста не слишком хороша собой, как можно назвать её красавицей? Вот и в Торе сказано: «Сторонись неправды».

Однако представьте, каково будет жениху, невесте да и гостям, если на свадьбе кто-нибудь громко скажет, что невеста — так себе. Причём от подобного скандала не застрахован никто — даже если невеста красавица, всегда найдётся кто-нибудь, кому она не понравится. Поэтому неудивительно, что мнение школы Шамая было отвергнуто.

На многих еврейских свадьбах до сих пор танцуют под весёлую песню о том, как невеста хороша собой. Слова этой песни взяты из Талмуда.

Разногласия между школами Гиллеля и Шамая по некоторым вопросам были очень значительными. Некоторые мудрецы даже жаловались, что в Израиле вместо одной Торы стало две.

Однако споры не привели к расколу: последователи Шамая и Гиллеля ходили друг к другу в гости, угощали друг друга, а главное — совместно учились. Их разногласия не нарушили единство народа, а наоборот, укрепили его. Ведь когда все думают одинаково — это так скучно!

Ещё материалы этого проекта
Артаксерксово действо
Будущая царица Эстер родилась в Сузах — столице Персидской империи, простиравшейся от Египта до Индии.
18.03.2011
Пастух и дочь богача
В молодости великого Акиву никто не называл «рабби». И не только потому, что он, простой пастух, никогда не учился и с трудом умел читать. Как и многие невежды, молодой Акива не любил образованных людей и даже хвастался, что попадись ему знаток Торы, он отделает его так, что на нём живого места не останется.
25.05.2011
Шимон бен Шетах
Шимон бен Шетах зарабатывал на жизнь, торгуя льном. Чтобы облегчить ему перевозку товара, ученики купили для него осла у одного араба. Перед тем как подарить осла р. Шимону, ученики на всякий случай решили внимательно осмотреть животное — и увидели у него на шее огромную жемчужину...
24.05.2010
Рабби Тарфон и его мать
Мать рабби Тарфона тяжело болела, у нее даже не было сил, чтобы самой встать с кровати. И рабы, и ученики мудреца с радостью помогли бы старой женщине. Но рабби Тарфон никому этого не позволял. Каждый раз, когда старушка хотела встать, рабби Тарфон сам подбегал к ней и становился на четвереньки, чтобы она могла спуститься.
13.10.2013