Рой Эберхард в школе и дома

Рой Эберхард в школе и дома

Карл Хайасен. У-ГУ! Розовый жираф, 2012. Пер. Я. Шапиро
28.11

Это книга — о вещах, важных для каждого школьника, но особенно важных для десятилетнего мальчика. В нашем случае — американского мальчика по имени Рой Эберхард.

 
Рой был новенький и в школьной столовой всегда сидел один, в самом конце длинного стола. Зато он был опытный новичок, новичок-профи: «Южная тропа» в его биографии была шестой по счету школой, а Кокосовый Залив — десятым (на его памяти) городом.
Его отец работал на правительство. Как-то мама, объясняя ему, почему они так часто переезжают, сказала, что отец Роя очень хорошо выполняет свою работу … и его быстро продвигают. Наверное, думал Рой, вот так правительство награждает за хорошую работу: продвигает человека с одного места на другое.

Только Рой привык к очередному месту — гористой Монтане, как отца снова продвинули — теперь во Флориду, в захолустный Кокосовый залив. И в новой школе завелся у Роя очередной… не враг, а просто очередной дуболом-второгодник, какие есть в каждой школе, любитель помучить тех, кто слабей, — например, вот этого Эберхарда по прозвищу Техасская Пастушка.

Зашипели пневматические тормоза, Рой поднял с пола ранец и начал вставать. И в этот миг на его шее сомкнулись две большие потные лапы.
— Куда направилась, Пастушка?
— Пусти, — извиваясь, выдохнул Рой.
Но Дана сжал ему горло еще больней и зашептал в ухо, воняя как старая пепельница:
— Что это ты сегодня не в башмачках? С каких таких пор пастушата ходят в кроссовках «Джордан»?
— «Рибок», — прохрипел Рой.

Это книга о страхе и о самоуважении. О том, как быть, если у тебя завёлся враг, старше и сильнее тебя. О том, как подружиться с теми, кто тебе интересен, и как не обидеть тех, кому интересен ты.

Рой знал, что драться в автобусе строго запрещено, но что ему оставалось? Он наугад шарахнул кулаком через правое плечо — и попал во что-то влажное и упругое.
Раздался булькающий вскрик, пальцы Даны разжались, и задыхающийся Рой рванул к выходу.

Так Рой заработал себе настоящего врага — сильного, злопамятного и злобного. Что бы вы посоветовали делать? Пойти за помощью к учителям?
— Почему вы ударили кулаком мистера Матерсона? — спросила мисс Хеннепин, завуч «Южной тропы». Рой сидел в ее крошечном темном кабинетике и ждал, когда свершится правосудие.
— Потому что он хотел меня задушить.
— Мистер Матерсон изложил нам иную версию случившегося, мистер Эберхард, — сказала мисс Хеннепин. … — Мистер Матерсон утверждает, что вы набросились на него без всякой причины.
— Ну конечно, — сказал Рой. — Я всегда выбираю самого здоровенного и задиристого парня в автобусе и бью его по лицу, просто ради интереса.
— У нас в «Южной тропе» ирония не приветствуется, — холодно сказала мисс Хеннепин.

Это книга о законопослушном американском мальчике, который попал между молотом и наковальней — закостеневшими правилами взрослого мира и злобным придурком в школьном автобусе. О том, как Рою было страшно и как он свой страх превозмог и поступил правильно, для чего пришлось сначала во всем разобраться.
— Знаешь, иногда очень сложно понять, что правильно, а что нет, — сказала мама. — Сердце говорит тебе одно, а голова — совсем другое. И нужно взвесить то и другое, чтобы принять лучшее решение.

«У-гу!» называют ироническим экологическим подростковым детективом. Не стану спорить, есть тут и детективная интрига, и борьба за спасение природы; юмора с иронией тоже хоть отбавляй. Но эта книга всё-таки о другом — об одном американском мальчике лет десяти. О том, как он смог выпутаться из неприятностей и победить врагов, как он обзавёлся друзьями, бросил грустить о Монтане и полюбил Флориду.

Ещё материалы этого проекта
Такие разные люди
"Пруд Белых Лилий" – продолжение романа Анники Тор "Остров в море". Книги рассказывают о жизни двух еврейских девочек, Штеффи и Нелли, во время второй мировой войны.
23.09.2008
Книжка, которую сгрызла гусеница
Жила-была гусеница. Она, как только родилась, так сразу стала есть. Потому что была очень голодная. Книга так и называется: «Очень голодная гусеница».
03.09.2008
Ссора, шум и другие безобразия
Взрослые просто не понимают, что ссора, шум, кавардак, бардак и прочие безобразия — ничего такого и вообще совершенно нормальное, более того, необходимое дело. Потому что без ссоры нет дружбы, без шума — тишины, без драки — мира.
21.01.2011
В гнезде аистином всё чинно и тихо
Жило однажды на свете одно аистиное семейство: мама-аистиха и папа-аист. Совсем молодые ещё птицы, недавно поженились. И должны у них были в скором времени появиться дети – крошечные аистята.
06.04.2009