Слоновости

Слоновости

В Чудетство с Михаилом Ясновым Стихи Вячеслава Лейкина Вячеслав Абрамович Лейкин — поэт парадоксов.
16.12

Не так давно в издательстве «Детгиз» вышла книга «Я иду в школу», собравшая
под одной обложкой стихи десяти петербургских поэтов, пишущих для детей. Идея этого сборника родилась уже давно: мы все живём в одном городе и дружим, а вот так собраться вместе в одной книжке никак не получалось. Может быть, просто названия не было подходящего? И тут оно появилось — «Я иду в школу». Чего, казалось бы, проще? А вот как-то всё сразу сдвинулось, завертелось, стихи стали меняться местами, кое-какие на скорости просто выпали из книжки, другие на полном ходу в неё вскочили.

Отбирая авторов сборника, я прежде всего думал о поэтах, которые по каким-то причинам оказались несколько «в стороне от процесса», хотя их стихи совершенно замечательные. Таков Вячеслав Абрамович Лейкин — поэт парадоксов. Он написал сотни стихов, по которым можно было бы составить целый словарь иронических фраз и неологизмов… В жизни он постоянно шутит, обыгрывает слова, веселится сам и радует собеседника, и в стихах своих он тоже всё время заразительно хохочет.

В начале 70-х годов родилась особая «поэтическая школа» Вячеслава Лейкина. Он тогда вёл детскую литературную студию при газете «Ленинские искры» (естественно, её тут же окрестили «Лейкинскими искрами»). Студийцы собирались в 448-й комнате Лениздата, и из этой комнаты вышел добрый десяток современных питерских поэтов. А ещё Вячеслав Лейкин издал сборник «Каждый четверг в четыреста сорок восьмой», где подытожил опыт своей работы с юными поэтами, опубликовал их стихи, показал, какими блестящими и остроумными могут быть занятия в обычной литературной студии. В этой книге собраны сотни примеров детского стихотворчества. Вот только один из них.

Природа, звонко пробуждаясь,
Теплом и радостью полна.
И громко солнцу улыбаясь,
Повисли дети из окна.


Накануне одной из творческих встреч Лейкина мне позвонил друг-журналист (он собирался писать об этом вечере) и попросил: «Вспомни, пожалуйста, четыре строчки, по которым можно было бы узнать нашего Славу». И мне на память сразу же пришло лейкинское четверостишие «Где справедливость?»:

Кричала мама: «Просто безобразие!
Сплошные тройки! Где разнообразие?!»
Когда же я принёс разнообразие,
Она опять кричала: «Безобразие!..»

Букник-младший с удовольствием прочитал стихи Лейкина и считает, что это просто безобразие: у такого замечательного поэта до сих пор нет отдельной детской книжки.

Шумный сон

Однажды мне приснился сон:
Домой ко мне явился слон
И закричал с порога:
 — Привет от носорога!

Он простынёю вытер нос
И грустным басом произнёс:
 — В саду был страшный ливень,
Я промочил свой бивень…

Поставил бивень он к огню
И в комнате теснится.
Мне надо спать, я прочь гоню
Слона, а он всё снится.

Мне надо завтра рано встать,
Мне некогда с гостями,
А слон давай меня пытать
Вовсю слоновостями.

Он говорит, а я терплю:
Не спится — вот обида!
Тогда я сделал вид, что сплю,
А слон не понял вида.

Я стал ругать слона во сне:
 — Проклятая слонина!..
А он слонаты начал мне
Играть на пианино.

В моём же сне какой-то слон
Резвится, будто дома!
И я прервал свой шумный сон,
Не вынес я содома.

Проснулся, посмотрел во тьму,
Опять поспал немного,
А днём всё думал: «Почему
Привет от носорога?»

По дороге в школу


Я всем завидую — коту:
Он бродит там, где хочет,
И презирает темноту,
И с воем когти точит.

И псу завидую: для пса
За минимум стараний —
То кровяная колбаса,
То позвонок бараний.

Взять черепаху: спит да спит,
А я встаю с обидою.
Ещё и спросят: «Что за вид?»
А это я завидую.

Цветку завидую. А что?
Цвети себе да пахни.
А тут, чуть свет, влезай в пальто
И на уроках чахни.

Вороне, спящей на столбе,
Завидую отчаянно:
Сама ворона по себе,
Нет у неё хозяина.

Синички прыгают на пнях, —
Нет слаще птичьей доли…
А вот и школа, вся в огнях.
Опаздываю, что ли?

А там, на третьем этаже,
Друзья и запах мела.
И мне завидовать уже
Почти что надоело.

Пусть ветер фукнет в нос и глаз
И все завидки выдует…
А вот и наш весёлый класс —
Ну, кто мне позавидует?!

Если бы

Если б я мальчишкой стала,
Я бы тут же перестала
Злиться, вредничать, скучать,
Обзываться, хныкать, спорить,
Маму с бабушкою ссорить
И мальчишек поучать.

Я бы гири поднимала,
По-английски понимала
И копила капитал.
Не трещала, не пищала
И тебя бы защищала,
Если б ты девчонкой стал.

Жених


До чего девчонки всё же
На мальчишек не похожи:
Ленты, банты, всякий хлам
И секреты по углам.

Любопытными носами
Всюду сами лезут, сами.
А набросишься на них,
Обзываются: «Жених».

Вот когда на ветках ивы
В январе созреют сливы,
Рыба крикнет рыбаку:
«Догоняй меня! Ку-ку!»,

Вот когда в чертополохе
Запоют клопы и блохи,
Уши выпадут у пса,
Станет жидкой колбаса,

Вот когда у канарейки
Поменяют батарейки,
Ощенятся страусы,
Отрастит сестра усы,

Вот тогда, вполне возможно,
Постепенно, осторожно,
Я слегка переменюсь
И, наверное, женюсь.

Сесть да поесть

Серёжка занят был игрой,
Когда за стол уже садились.
Он отбивался, как герой,
И все ужасно рассердились.

 — Ты так жуёшь, — воскликнул дед, —
Что на людей наводишь скуку!
Я вмиг проглатывал обед,
Ел даже щи, леща и щуку.

 — Ломается, как фон-барон, —
Сказала бабушка героя. —
Я метра по три макарон
Съедала в детстве на второе.

 — Когда я девочкой была, —
Сказала мама, — я, бывало,
Всё поедала, всё пила
И рыбьим жиром запивала.

 — Когда я был такой, как ты, —
Сказал отец, расправив плечи, —
Я лопал мел, жуков, цветы
И даже ёлочные свечи.

Герой в ответ прищурил глаз:
 — Бедняги, как мне жалко вас,
Ведь вы же детства не имели,
А только ели, ели, ели.

Барабошка

Жил на свете Барабошка,
Весил двадцать килограмм,
Целый день смотрел в окошко,
Ночью бегал по дворам.

Он жевал одни горбушки
И читал одни обложки,
И ни друга, ни подружки
Не было у Барабошки.

Раздобыв кусочек сала,
Заманил он в гости кошку,
Через день она сбежала,
Поцарапав Барабошку.

Он зовёт к себе бульдога —
Ест бульдог ужасно много,
Черепаху пригласит —
Черепаха спит да спит.

Скучно-грустно Барабошке
Жить на свете одному;
Спрячет голову в ладошки
И ни слова никому.

Дни бегут, мелькают ночи,
И не знает он, бедняжка,
Что живёт напротив очень
Одинокий Чебурашка.

Он или она?


Встретил я в лесу гадюку,
Но от страха не визжал.
Палку взял потолще в руку
И за нею побежал.

Треснуть, хряснуть, грохнуть, чтобы
Не ушла в лесную глушь.
Только вдруг в ней нету злобы?
Может, это мирный уж?

Говорят, они похожи
По размерам и по коже,
И рисунки на спине
Одинаковы вполне.

Но ужи с великой пользой
Пожирают грызуна,
Так что ладно, ужик, ползай,
Уползай.
А вдруг — она?

Ну-ка, снова догоню-ка,
Осмотрю со всех сторон.
Морда злая. Да, гадюка.
Получай!
А если — он?

Нет, — решил я. Нет, не надо.
Отпустить и позабыть.
Лучше жить оставить гада,
Чем товарища убить.

Чтоб не стыло со стыда
Сердце кающееся,
Что не то пришиб тогда
Пресмыкающееся.

В последний раз


Двойки, сбор металлолома —
Всё отныне ерунда.
Я решил уйти из дома.
И уйду. И навсегда.

Потому что невозможно
От зари и до зари
Слышать: — Тихо! Осторожно!
Не реви! Не рви! Не ври!

И к учёбе я не годен,
И в семье со мной беда…
Всё. Отмучался. Свободен.
Ухожу. И навсегда.

Чёрный флаг на белой мачте.
Вместо якоря — утюг.
Маяки, в ночи маячьте,
Освещайте путь на юг…

Потемнеет день в окошке,
Мама, вглядываясь в даль,
Скажет: — Скучно жить без Лёшки.
А сестра добавит: — Жаль.

Скажет мама: — Бил баклуши.
Стёкла бил. Девчонок бил.
Всё равно он самый лучший…
А сестра добавит: — Был.

Нам бы с ним помягче надо.
Поздно. Лёшку не вернёшь…
И заплачут. Вот досада.
Для меня их слёзы — нож.

Спущен флаг на белой мачте,
На корме огонь погас.
Ладно, женщины, не плачьте.
Остаюсь. В последний раз.

ШКОЛЬНЫЕ МЕЛОЧИ

Причины опозданий


Во вторник подвела постель —
Не смог я вовремя проснуться.
Позавчера забыл портфель,
В нём был банан — пришлось вернуться.
В своих ошибках разобрался,
Сегодня в срок прийти хотел,
Но слишком сильно разогнался
И мимо школы пролетел.

Хитрый художник

Мне грязная тряпка влетела в альбом.
Другой от обиды о парту бы лбом,
А я подсинил, увеличил пятно
И пять получил за картину «Темно».

Зачем?

Весь день меня сомнение буравило:
Зачем, чудак, учил я это правило?
Зачем я разобрался в этом правиле?
Пятёрку всё равно не мне поставили.

Плут

В буфете пышки вкусные дают.
Я очередь пересчитал устало
И крикнул в коридоре:
 — Наших бьют!..
И очереди сразу же не стало.

А если?..

Жизнь для меня кромешным стала адом:
Нам задают ужасно много на дом.
А если дома вовсе не бывать,
Куда они мне будут задавать?

Не разлей водой

Борис и Глеб не дружат? Ложь!
Несправедливая нелепица!
Да их водой не разольёшь,
Когда они друг в друга вцепятся.

Как в кино

«Влез по стене, спустился по канату,
Прыг на коня и как швырну гранату!..»
Мы об одном вам только не сказали:
Всё это было в физкультурном зале.

Обидно


Учитель пения сказал довольно сухо:
 — Должно быть, мишка наступил тебе на ухо.
Мне это слышать очень было тяжко:
Ведь наступил на самом деле Сашка.

Почти как в сказке, но наоборот

Всё в сказке легко: богатеет батрак,
Рыбёшка из золота ловится,
О землю ударится Ваня-дурак
И молодцем добрым становится.

А в жизни — глядишь: то без рыбы улов,
То молодцы стали недобрыми.
О землю ударился Вася Козлов, —
Лежит с перебитыми рёбрами.

Каждый раз

Звенит звонок, и каждый раз,
Как будто в страшном сне,
Сначала я влетаю в класс,
Затем влетает мне.
Ещё материалы этого проекта
Правдивая история
Эдвард был красивым, изысканным существом. У него было всё, о чём только можно мечтать: добрая хозяйка, уютный дом, модные наряды. Все вокруг восхищались Эдвардом, да и сам он восхищался собою. Но в его красоте не было ровным счётом никакого толка.
15.06.2009
Самый достойный
В Северном море недалеко от острова Гельголанд вблизи маяка на Омаровых Рифах есть песчаная коса. Она так мала, что даже самый крошечный домик на ней не поместится, зато четырём чайкам там живётся вольготно. Имя всякой чайки — Эмма...
29.12.2009
Очкастый прапраправнук динозавра Маноло
Самым волшебным образом к нам попал экземпляр «Ежедневного Пророка». Согласно последним опросам, пишет газета, посетители пабов «Волшебный котёл» и «Кабанья голова», ученики Хогвартса и даже сотрудники Министерства магии не читают больше книги про очкарика со шрамом. Почему? Ха!
18.11.2009
Волк в шкафу
Взрослые, конечно же, в эту историю не поверят — в то, что волк не ест девочек и вообще живёт в шкафу в городской квартире. Ну и зря. Потому что эта книжка — немножко для взрослых.
12.08.2010